Формула счастья Людмилы Касаткиной

Людмила Касаткина

Людмила Касаткина

Прошёл ровно год со дня смерти великой актрисы. Достаточно вспомнить её голос, которым говорила, мурлыкала; рычала Багира в муль­типликационном фильме «Маугли», чтобы понять — звучит голос истинной Женщины. Женщины, наслаждавшейся жизнью во всех её проявлениях.

Довольствуйся тем, что есть

Будущая звезда советского экрана родилась в маленькой деревушке под Вязьмой. Жили своим хозяйством, трудились от зари до зари под зорким оком прадеда Спиридона Калиновича. В 30-е годы семья Касаткиных перебралась в Москву, времена настали тяжёлые. Людочка, единственный обожаемый ребёнок, всегда ходившая словно куколка наряженная, теперь носила платьица, перешитые из старых бабушкиных хала­тов. Как-то прибежала домой с занятий хореографией -мечтала стать балериной -зарёванная: «У подружки новое платье, а у меня новые заплатки на локтях! Разве это справедливо?! Я танцую лучше!» И получила от всегда ласковой мамы суровую отповедь, которую запомнила навсегда: «Плохо же мы тебя воспитали… Ты -скверный человек, если завидуешь подруге вместо того, чтобы порадоваться за неё!»

Всё ещё будет сполна в жизни Людмилы: загранич­ные наряды, модельные ту­фельки, причёски от салонов красоты, но будет и стальной стержень внутри — благодарность Жизни за то, чем она одарила сегодня. Не смотри по сторонам, что у кого как, неси ответ за себя.

Дари любовь тому, кто её достоин

Людочка училась в ГИТИСе на 4-м курсе, точнее, сверкала там белокурой красотой и ярким талантом, когда её познакомили со старшим лейтенантом в застиранной гимнастерочке Сергеем Колосовым, пришедшим в институт восстанавливаться после семи лет войны за плечами. Его призвали ещё в 1939 году, в финскую кампанию. Прошёл, как говорится, огонь и воду, смотрел смерти в лицо, чуть не потерял руку, но остался типичным московским интеллигентом, скорее, века девятнадцатого, чутким, деликатным, боявшимся ненароком даже словом обидеть. Узнав, что у новой знакомой сегодня как раз день рождения, попросил разрешения прийти поздравить домой. Аж сердце в пятки ухнуло от собственной храбрости! А она, с виду шустрая да шумная, в душе сохранила ту деревенскую домашнюю девочку, которая должна пуще глаза честь блюсти. Поклонников за Людочкой увивалась тьма, да только ни один не мог похвастать её благосклонностью. Ново­испечённому кавалеру юная актриса выпалила в ответ адрес… которого не существовало на карте Москвы. Хотя понравился с первого взгляда офицерской выправкой и серьезным видом, но марку надо было держать. Сергей начистил на гимнастёрке пуговицы до блеска, купил на последние копейки пионы, явился за минуту до назначенного времени, а там ни ясноглазой студентки, ни даже дома под таким номером…

Всё у них было впереди: дом полная чаша, сын Алексей, двенадцать совместных работ в кино, в которых он -режиссёр, она — в главной роли, но целых четыре года до свадьбы (немыслимый срок по нашим временам!) они просто продружили, прошагали на пионерском расстоянии друг от друга, не смея за руки взяться, Москву вдоль и поперёк, потому как чувства следует проверить…

Во всём дойди до самой сути

Начинала Касаткина как театральная актриса. Театру Советской (затем Российской) армии отдала 65 лет жизни. В первой же роли проявила себя такой, какой оставалась до последних дней. Чтобы сыграть мед­сестру Анечку в спектакле «Океан», отправилась в ближайшую поликлинику и упросила разрешить ей по­работать «по-настоящему». Трое суток на вызовах, и бурные аплодисменты под занавес спектакля. «Ковалёва из провинции» обернулась для судьи, к которой прикрепили молоденькую актрису, шквалом вопросов и даже спорами во время процессов. После съёмок первого в жизни Людмилы фильма «Укротительница тигров» прославленный дрессировщик Борис Эдер заявил: «В вас есть кураж! Я предлагаю вам стать укротительницей тигров. Доверю одиннадцать штук!» А она накануне дня, когда планировалось в первый раз зайти в клетку, ездила к родителям и была особенно ласкова — мысленно прощалась…

Но тяжелее всего далась роль в фильме мужа «Помни имя своё». Героиню Касатки­ной во время войны разлучают с ребёнком,буквально из рук вырывают в концлагере. Потом она много лет разыскивает сына. Чтобы понять атмосферу тех лет,, проникнуться материнской болью, Людмила побывала в настоящем концлагере (теперь уже музее) и даже уговорила дать ей возможность провести там, среди груды детских ботиночек, оставшихся от малолетних узников, ночь…

Зрительское признание актёрскому труду Касатки­ной выразилось в полных залах кинотеатров, в овациях в родном театре, во всевозможных наградах: народная артистка СССР, лучшая актриса по опросам журнала «Советский экран» в разные годы и даже почётный гражданин города Вязьмы. Людмила Ивановна кавалер ордена Ленина, ордена Трудового Красного Знамени, ордена Дружбы и так далее, и так далее… Сама она объясняла успех так: «Порой смотрю свои картины и охватывает ужас: неточно сыграно, но ничего уже поделать нельзя! В любой роли нужно заранее найти правду жизни…»

Результат оправдывает риск

В 1963 году по телевизору транслировали первый многосерийный фильм «Вызываем огонь на себя» (режиссёр Сергей Колосов), улицы советских городов будто вымирали. Вся страна, затаив дыхание, следила за перипетиями юной героини подполья Ани Морозовой. Никто и заподозрить не мог, что исполнительница главной роли чуть не погибла на съёмках. Никакой компьютерной графики тогда в помине не было, снимали, что называется, «на живую». Волна от взрывчатки разнесла корыто, под которым укрывалась во время одного из эпизодов Касаткина, куски металла полетели прямо на её голову, и только мгновенная реакция осветителя, рванувшего её в сторону, спасла актрисе жизнь…

Через три года в новом телепроекте супруга «Операция «Трест», Людмила «заработала» трещину в позвоночнике, упав с лошади. Два месяца лежала пластом на доске. Вопреки со­противлению Сергея, на носилках вернулась на съёмочную площадку, чтобы завершить эпизод, доскакать на злосчастной лошади. Когда её снимали с седла, выла от боли, как раненый зверь…

В фильме «По ту сторону» Касаткина прыгала с поезда, будучи беременной на треть­ем месяце. Дубль за дублем: оператору портили кадр её инстинктивно скрещенные руки на животе…
Людмилу Ивановну прозвали за глаза «Мамаша Кураж» не только потому, что она блистательно сыграла этот образ. Её неуёмный темперамент не давал покоя ни ей, ни коллегам. Даже сын, который, несмотря ни на какие кульбиты мамы, родился здоровым и крепким, повзрослев, не предъявлял к ней претензий, а с огромным пиететом признавал: «Мама — сгусток нервов,человек невероятной способности отдавать себя в работе по максимуму, без малейших поблажек!»

Ищи счастье в семье!

Как уживались вместе «ко­мок нервов» и старозаветный тихий интеллигент? На работе обращались друг к другу сугубо по имени-отчеству, блюли субординацию: он -режиссёр, а значит, на съёмках главный, она полностью в его власти. Если доверил роль, будь добра — не подведи! А дома «рулила» Багира, незаметно, мягко. Сын, внучки обожали её, ловили каждое слово, слушались беспрекословно. А уж если приходили гости, то тут уж Люка, как ласково называл её муж, раскрывалась по полной программе. Само очарование, душа компании, кокетка и затейница — это всё о ней. Говорят, её умению рассказать, скорее,показать в лицах анекдот или актёр­скую байку, завидовал сам Юрий Никулин.

Хотя не обходилось дома и без кошачьих выходок. Но если и вспылит Люка порой, выгнет спину «верблюдом», пошипит-покричит и первая же придёт ластиться. Сергей не мог на неё сердиться долго, она быстро раскаивалась в затеянной ссоре и просила прощения. Да и нечасто та­кие инциденты случались, пар выпускать ей помогали роли. А в семье старалась устроить так, как было за­ведено у них, на Вязьме, в доме прадеда. Принесёт муж зарплату и отдаёт ей до копейки, а она «карманные» ему выделит: мужчине выходить из дома без денег просто неприлично!

Их верность друг другу вошла в актёрской среде в поговорку. Друзья даже подшучивали над Касаткиной, мол, нечего будет вспомнить на пенсии, ни одного романа в женском багаже! Она искренне удивлялась в ответ: «Как можно допустить, чтобы за спиной твоего любимого над ним смеялись?» Гордилась тем, что нет греха перед мужем. Спиридон Калинович был бы доволен правнучкой, хорошая девочка выросла, правильная. А вспомнить…

«Я Серёжу вспоминать буду!» Долго не пришлось. Людмила Ивановна скончалась 22 февраля 2012 года на 87-м году через одиннадцать дней после похорон мужа Сергея Колосова.
«Папина смерть послужила главной причиной быстро­го ухода мамы, — признавал сын Алексей. — Они по-осо­бому воспринимали друг друга. Когда папа ушёл, он быстро позвал её к себе… Между ними было нечто больше, чем любовь, духо­вная связь. Они не могли друг без друга».

загрузка...