Талантливый Джуд Лоу

Джуд Лоу

Джуд Лоу

Представить его в образе Алексея Вронского было бы намного проще, чем в образе Каренина, однако же он стал именно Карениным. Он ищет роли, представляющие особую сложность, заставляющие измениться его самого, И он справляеться каждый раз опровергая все мнения о себе. У него нет никаких табу; на экране он готов и на бесстыдства/и на подвиги, и больше всего хочет, чтобы его воспринимали как актёра, который делает своё дело.

«Я начал с театра, театром хотел бы закончить»

Несмотря на свою популярность, он плохо идентифицирует себя со статусом звезды. Энтони Мингелла, талантливый режиссёр и близкий друг самого Джуда, сказал: «Всё дело в национальности. Все блестящие актёры находятся в сложных отношениях со славой,британские — особенно».
А, возможно, дело в том, что он долго пытался обрести уверенность в себе, и строгость самооценки осталась в нём до сих пор. Джуд родился в традиционной английской семье в небогатом районе Лондона, его родители были учителями, а если вспомнить известную английскую чопорность, легко можно представить, в какой атмосфере рос мальчик. К тому же старшая сестра актёра, Наташа, всегда была лидером, красавицей, подававшей надежды художницей, прилежной ученицей. Джуд признаётся, что в детстве всегда ощущал себя «за ней».

Несмотря на то, что его родители были учителями, школу Джуд не любил: «Страх перед авторитетами, овечье существование в стаде. Умирает желание быть собой, иметь своё мнение, задавать вопросы. Это потом мне очень мешало, — говорит актёр, -я боялся задать вопрос режиссёру, боялся диалога с ним. У меня годы ушли на то, чтобы научиться спрашивать, выяснять, прояснять позиции».

Кстати, столь обожаемая поклонницами привлекательная внешность актёра, как это ни странно, доставила ему немало хлопот. Одноклассники нещадно дразнили «дев­чонкой», никто не воспринимал всерьёз. Забавно, что когда в 15 лет он пришёл в Национальный юношеский музыкальный театр, его также перепутали с девочкой и поселили в женское общежитие, что юного актёра, впрочем, ничуть не расстроило.

Появлению на сцене Лоу обязан родителям. Отец и мать Лоу увлекались актёрством, сами играли на импровизированной сцене, позже даже основали свой театр. В его семье бесконечно обсуждали фильмы, спектакли, музыку. Свою первую роль Джуд исполнил в возрасте 6 лет в детском спектакле и с тех пор со своим увлечением не расставался. В 17 лет его порекомендовали на роль в телесериал «Семьи», и Джуд приступил к съёмкам. Правда, для того, чтобы понять бесперспективность су­ществования актёра в мыльной опере, ему хватило всего года. И Джуд возвращается в театр. Театр — вот истинное амплуа актёра, считает он и сейчас. «Я начал с театра, театром хотел бы и закончить. Ощущение, когда ты получаешь мгновенную реакцию публики, — бесценно».

«Актёр, который делает своё дело»

К кинематографу Лоу шёл долго и будто нехотя. Он играл на Бродвее, в театре Роял Корт, а кино было как будто его хобби -лишь изредка он появлялся на экранах в короткометражках и малобюджетных картинах. Лишь когда все театральные премии были его, режиссёры киноиндус­трии стали замечать актёра. Но и здесь не обошлось без кризисов и — кто бы мог подумать! — всё по той же причине привлекательной внешности. Лоу воспринимали как милого очаровашку, не более, он же хотел доказать, что он — серьёзный актёр. Он искал роли, которые демонстрировали бы, как обманчива красота, роли, в которых можно было бы проявить тёмную сторону -не сладкую, а то, что, возможно, скрыто за внешностью любого красавца, пусть даже это будет роль второго плана, как Дикки из «Талантливого мистера Рипли» — сына американского миллионера, красавца, но ужасного эгоцентрика, не способного задуматься над своими поступками и отношениями с людьми. Именно эта роль стала в карьере актёра переломной: за неё он был номинирован на Оскар, что и перевело его в разряд самых кассовых актёров. Кстати, Джуд до сих пор хранит у себя саксофон, на котором ему пришлось научиться играть ради этого фильма, — как память об Энтони Мингелла, режиссёре фильма,близком друге Джуда (Мингелла умер в 2008 г.)

Сейчас гонорары Джуда исчисляются миллионами долларов. «Актёр — рыночная профессия, — комментирует Джуд, — я предпочитаю, чтобы деньги шли в мой карман, моим детям, а не голливудским продюсерам». Но вместе с тем он играет в театре всего за 50 фунтов в неделю, объясняя это тем, что понравилась предложенная роль -и действительно, соглашаясь на тот или иной проект, Лоу думает не о гонорарах. Джуд работает только с теми режиссёрами и актёрами, которых уважает, и принимает роли только в том случае, если может чему-нибудь научиться. Потому что не хочет быть «продуктом одноразового потребления». Он сравнивает актёрство с алкоголем, который вскрывает внутреннюю сущность человека: оно показывает, кто ты есть не на первый, а на сотый день съёмок.

Алексей Каренин — безусловно, одна из ролей, к которым актёр приступил с энтузиазмом. «Это роль, которую можно ждать всю жизнь», — раскрылся Джуд, рассказывая о своей работе над «Анной Карениной». Но и играть было нелегко. Образ складывался из мно­гих факторов, и для актёра имели значе­ние даже малейшие детали: от волос до цвета кожи. К тому же Каренин персонаж строгий, смир­ный. «Статичный, -говорит Джуд, — а мне, как актёру, гораздо легче, когда нужно двигаться. Было почти невозможно держать всё в себе».

Актёр признаётся, что видел множество экранизаций романа и много задумывался над ним. Играет ли Вронский с Анной или он искренен в своих чувствах? Действительно ли Анна страдает в браке или некую прохладность отношений с супругом она использует лишь как повод, чтобы влюбиться в кого-нибудь ещё? Что вообще происходит? Так сразу и не раз­берёшься. Джуд считает роман невероятно актуальным: «Конечно, описываются другая эпоха и другое общество, но сегодня по-прежнему осуждают за неподобающее поведение, мы видим это на страницах газет и по телевидению каждый день».

«Ничего личного у меня нет…»

Провалившийся в прокате фильм «Шоппинг» стал для Лоу судьбоносным, — но не для его карьеры. На съёмках он познакомился с актрисой Сэди Фрост, которая стала его женой и матерью троих детей, несмотря на то, что на момент знакомства она была замужем и старше Джуда на 7 лет. Он женился рано — в 21 год — и считает это нормальным: «Семьи в моих планах, конечно, не было, но когда я встретил Сэди, оказалось, что нет ничего естественнее, чем жениться и завести детей». Никакой границы между досемейной жизнью и семейной актёр не почувствовал: он оказался одним из тех, кто всегда ищет обязательств.

Но никто не застрахован от ошибок. Нахлынувшая на Джуда слава привела к частым ссорам в семье. Сэди обвинила Джуда в том, что он не уделяет ей времени, из-за чего она страдала длительной депрессией после рождения их последнего сынишки Руди, и в чуть не случившейся в семье Лоу катастрофы: его маленькая дочь Айрис съела таблетку экстази, которую нашла на полу во время детского праздника, и была госпитализирована. Свою роль в начале катастрофы семейной жизни Джуда сыграли и СМИ, опубликовавшие сплетни о романе актёра с Николь Кидман, его тогдашней партнёршей по фильму «Холодная гора». Публичные извинения о клевете уже не могли остановить разлад между супругами. Говорят, есть три самые страшные вещи, которые могут случиться с человеком: смерть, переезд и развод. Джуд пережил их все и утверждает, что развод из них -худшая. Потому что именно тогда по-настоящему встречаешься со своей тёмной сто­роной. «После развода с Сэди изменилась не моя жизнь, изменился я сам. Я оставил в прошлом тёмное в себе». После расставания с бывшей женой Джуду пришлось смириться с тем, что его дети не всегда с ним, хотя он привык к обратному. Оставшись наедине с собой, Джуд обнаружил, что это возможно и для него — быть одному, — впервые с 19 лет вне каких-либо отношений. Доминантой его жизни стали дети, работа и он сам. Актёр признаётся, что до 35 лет и представить не мог, можно быть центром собственного мира.

А весь мир зорко следит за каждым его жестом: и за подробностями развода, и за отношениями с молодой актрисой Сиеной Миллер, а затем за анализом ДНК на предмет отцовства, и судебным иском на признание дочери Софии после мимолётной связи с моделью Самантой Бёрк. Джуд сдаётся быстро, стоит ему только увидеть малышку.

«Разве это можно назвать словом «личная», — говорит актёр про свою личную жизнь, — о нет, ничего личного у меня нет. Раньше мне казалось вопиюще несправедливым , что заложниками публичности становятся те, кто рядом, они ведь не выбирали этот путь, пытался контролировать. Но потом… Я отпустил. Теперь я думаю, что нужно управлять собой, а не реальностью вокруг».

«Я не привык оглядываться назад»

Джуд глубоко убеждён, что нельзя жалеть о своих ошибках. На ошибках надо учиться, причём на своих, а не чужих. Учиться никогда не повторять их и не сникать — идти дальше, не меняя осанки.
Но зная о своей привязанности к Англии, своей родине, он не пожелал совершить ошибку расставания с ней — не переехал в Голливуд, став звездой. Как истинный лондонец, он говорит, что чувствует себя по-настоящему счастливым с книгой в своём саду или с лопатой — в том же саду. Или работая.
Актёрская деятельность подразумевает зависимость от многих: от режиссёра по кастингу до осветителя, но Джуд говорит, что именно это ему и нравится — быть верхушкой айсберга общего дела. Успех зависит от всей команды, каждый — лишь часть того, что называется творческим процессом… Да и вообще жизни. И он совсем не против того, чтобы быть лишь частью.

«Я научился просто жить, жить без борьбы, — открывается актёр, — я вместе с природой. Не люблю пустоты. Стараюсь привносить смысл во всё, что делаю, — и всегда что-то делать». Сейчас Джуд отдыхает от себя самого: от гонки за успехом, за тем, чтобы каждый день быть на гребне волны, получает удовольствие от каждого дня жизни, — что отнюдь не мешает ему оставаться одним из самых востребованных актёров в Голливуде.

загрузка...