Александр Демьяненко или просто Шурик

Александр Демьяненко

Александр Демьяненко

Это частое явление в кинематографе: попадёт молодой актёр в образ, «выстрелит», словно в яблочко, полюбится зрителю раз и навсегда, и вот он уже не Александр Демьяненко, а просто Шурик. Пройдут годы, а на нём прежний ярлык «Актёр одной роли»…

Он никогда не возмущался, когда к нему на улице кидались с распростёртыми объятиями совершенно не­знакомые люди: «Шурик! Друг! Давай выпьем!», просто старался, чтобы братания происходили как можно реже, стремился слиться с прохожими, но­сил тёмные очки. Лишь на 60-летний юбилей Александр Сергеевич позволил себе горько воскликнуть: «Мне шестьдесят, а я всё равно Шурик!» Ближе к концу смирился: «По молодости я раздражался, а сейчас думаю: «Ну и ладно! Люди, видя меня, вспоминают любимые комедии, улыбаются, у них настроение улучшается…» А сам улыбался грустно-грустно, ничего не изменишь, и захоти он — не смог бы, уж какой есть…

За закрытыми дверями

Демьяненко обладал широкими, многогранными актёрскими способнос­тями. Но не родился этот человек борцом, не умел пробивать стены лбом, требовать и отвоёвывать, иного был замеса. За всю свою жизнь- совершил только один неожиданный поступок: в 37 лет развёлся и женился повторно. Да и то как-то обыденно всё вышло: собрал немудрёный чемоданчик и ушёл от первой жены, с которой прожил 16 лет, к коллеге по работе над озвучкой иностранных фильмов, режиссёру дубляжа Люд­миле. «Я, — говорит, -пришёл навеки поселиться!» и заливается счастливым смехом, как тут не принять на поселение… Такая вот история любви, ни битья посуды, ни дележа совместно нажитого имущества. Хотя, может быть, и случались размолвки в той, первой семье, но ни Людмила о том понятия не имела, ни тем более мы об этом никогда не узнаем. Демьяненко сор из избы никогда не выносил. Если вообще было что выносить, ведь он и родителей на «вы» звал,-и с Людмилой всегда вёл себя тактично до церемонности. Её дочь от первого брака, Лику, воспитывал, как родную (Анжелика Неволина тоже стала актрисой). Своих детей у него не было, впрочем, в семье Демьяненко было не принято делить детей на своих и чужих…

Яблочко от яблоньки…

Упало очень далеко: Саша по характеру не в отца. Сергей Демьяненко личностью слыл в Свердловске известной, не столько потому, что успешно выступал на сцене местного театра,сколько своими амурными похождениями. Ничего не мог поделать, дамы сами на него, пардон, вешались. Почти сразу после рождения сына Сергей ушёл из семьи, женился второй раз, у них родились двое детей, но вернулся в первую семью. У Саши появились две сестры. Однако любвеобильный папаша усидеть на одном месте не смог,упорхнул с очередной пассией. При этом никто на него зла не держал, любили его все: и жёны, и любовницы, и все пятеро детей, которые подружились между собой в детстве и поддерживали друг друга, будучи взрослыми.

Саша частенько бывал с отцом в театре, но гово­рить о том, что он пошёл по его стопам, не приходится: Сергей Демьяненко пел в опере, а у его первенца не наблюдалось ни слуха, ни голоса. Пример мамы тоже не вдохновлял -она трудилась бухгалтером. Поступил на юрфак, надо же было куда-то поступать? Хотя, положа руку на сердце, ещё в старших классах знал, что хочет быть актёром. Но театральных училищ в родном городе не было, а ехать в Москву -страшно. Судьба дала шанс робкому молодому человеку: в Свердловск приехала выездная комиссия из ГИТИСа. Александр прошёл три тура, но его почему-то не зачислили. Наверное, можно было и настоять на своём, но он не стал. Прошёл год, и Саша — таки поехал в Москву. За компанию -приятели мечтали учиться в столице. Какова их судьба, неизвестно, а для Демьяненко это был первый шаг к всесоюзной славе. Родители получили по телеграмме каждый: «Победа!»

В начале пути

Справедливости ради, не будем так уж винить Гайдая и его комедии, закрепившие за Демьянен­ко образ образованного, честного до наивности молодого человека,вечно попадающего в нелепые ситуации. Советский кинематограф словно ждал появления такого Шурика и ухватился за типаж Александра, едва он окончил ГИТИС. На «Ленфильме», который станет для актёра родным, он в первых же ролях показал черты будущего Шурика, только в куда более серьёзных обстоятельствах: сначала сыграл начинающего журналиста в фильме «Порожний рейс», потом следователя в «Государственном преступнике».А в «Карьере Димы Горина», очень популярной в своё время картине, мы уже видим благородного советского интеллигента во всей красе! «Операция «Ы» и другие приключения Шурика, «Кавказская пленница», «Иван Васильевич меняет профессию» не вошли бы в золотой фонд нашего кинематографа, если бы не явили зрителю совершенно нового героя -не солдата, не борца,-а студентика из соседнего подъезда, часто недотёпу, зато такого милого сердцу. Сам актёр признавался, что по сути не играл Шурика, а был самим собой, жизнерадостным комсо­мольцем, спортсменом и «очкариком» в одном флаконе: «Я был молодой, спортивный, снимался с удовольствием, всё про­исходило само собой! Мук творчества я тогда не испытывал…»

Сила слабого

С годами «очкарик» победил, однако становилось всё яснее: за внешней нерешительностью, чуть ли не болезненной застенчивостью скрывалась колоссальная внутренняя работа, которую Александр Сергеевич просто не выставлял напоказ. Но силу личности, коль она есть, не скроешь. Друзья и коллеги вспоминали, что если в общественном месте кто-то вёл себя неподобающим образом и замечания действия не имели, Демьяненко даже не нужно было говорить! Он так молчал, что вокруг него воцарялись тишина и порядок. А если актёр шутил, причём без тени улыбки, то слушатели буквально надрывали животики. Каждое его слово было на вес золота, чувство юмора отточено до совершенства, а особенно повезло тем, с кем он открывался до такой степени, что беседовал о книгах. Стихов он знал наизусть целые тома и читал их проникновенно. Тут на память приходит сыгранный им персонаж из «Зелёного фургона». Метранпаж Шестаков — отнюдь не комедийный об­раз в этой комедии, и тем необычнее было видеть в нём постаревшего Шурика из фильмов Гайдая. И Демьяненко открыл в нём, наконец, собственную душу — тонкую, ранимую, родившуюся не в то время…

В лихие 90-е мало кто снимал и снимался, разве что в «чернухе», и Алек­сандр Сергеевич фактически остался без работы. Спасали редкие проекты на телевидении, пара ролей в театре, но главное -дубляж, его глубоким бархатным баритоном (отцовские гены всё же проявились!) «заговорили» Жан-Поль Бельмондо, Роберт Де Ниро, Омар Шариф и другие звёзды зарубежного кино. Демьяненко довольствовался тем, что озвучивал чужие роли, он не ездил по стране с концертами, игнорировал фестивали, избегал любые мероприятия, получившие название «тусовок». Говорят, если бы отозвался на приглашение на передачу «Белый попугай»,то затмил бы самого Юрия Никулина умением рассказывать анекдоты. А уж в программе типа «Кто хочет стать миллионером» точно сорвал бы куш — столь эрудирован был во всех областях.

Но сделать так означало бы изменить самому себе. Он в отличие от многих актёров ещё на заре молодости вкусивших бешеной славы не впал ни в одну из подстерегавших их крайностей: не сорвался в алкогольную бездну, но и не стал стричь купоны с былых побед. А какой выдержки, скольких душевных сил ему это стоило? Наверняка сердце ныло давно, но по врачам он не ходил, не привык о себе беспокоиться. И только когда попал на больничную койку, выяснилось, что инфаркт у него не первый. Однако на операцию долго не соглашался, а потом стало уже слишком поздно: буквально за неделю до выхода врачей из отпусков сердце Демьяненко не выдержало, 22 августа 1999 года актёр скончался. Александру Сергеевичу было всего 62 года.

загрузка...