Жизнь и смерть Адриенны Лекуврёр

Адриенна ЛекуврёрБлагодаря удивительному сочетанию драматического таланта и природной красоты эта актриса приобрела в свое время необычайную популярность. Судьба отвела ей слишком краткий отрезок жизни — тем не менее, актрисе принадлежит честь свершения настоящей революции в театре: именно с Адриенны Лекуврёр на европейской сцене начинается реалистическое исполнительское искусство…

Прима реализма

На театральных подмостках Парижа начала XVIII века царили комедии и трагедии выдающихся драматургов: Ж. Расина, П. Корнеля, Ж.Б. Мольера. В 1718 году с пьесой «Эдип» к ним при­соединился Мари Франсуа Аруэ, только что отбывший заключение в Бастилии, куда он попал за сатиру на герцога Орлеанского. В том же году благосклонно принятый публикой Мари Аруэ стал подписывать свои новые произведения псевдонимом «де Вольтер».
Почти в это же время на сцене театра «Комеди Франсез», где выступала королевская театральная труппа, появилась яркая и необычайно талантливая актриса, и вскоре ей стали поручать главные роли во многих пьесах де Вольтера.

…Адриенна Куврёр родилась в 1692 году в провинции Шампань в семье мелкого шляпного фабриканта. Уже в детских заветных мечтах она блистала на театральных подмостках. Когда Адриенна достигла четырнадцатилетия, ее приняли в любительскую труппу, на одном из выступлений которой талантливую девушку и заприметил Марк Легран, актер «Комеди Франсез». Он оказался прекрасным преподавателем: три года под его руководством Адриенна овладевала актерским мастерством. Затем, по его же рекомендации, юную артистку приняли в труппу театра в Лилле, где ее фамилию снабдили^ облагораживающей приставкой «Ле», а дебютантке поручили роли в комедиях.

Зрители заметили и оценили молодую актрису. Признание публики росло, и осенью 1711 года Адриенна подписала соглашение уже с дирекцией театра Страсбурга, где заняла положение примы. А 14 марта 1717 (за месяц до своего двадцатипятилетия) вполне сформировавшая актриса дебютировала на сцене столичной «Комедии Франсез»

Она не отступила от своего, выработанного еще за годы службы в провинциальных театрах, стиля, лишенного напыщенной декламации и дешевых аффектов, что господствовало на тогдашней театральной сцене. Это принесло ей известность и звание примы уже в столице. Публика была в восхищении!

Через месяц Адриенна была принята в королевскую театральную труппу с назначением «играть трагические и комические роли».
В то время психологическая правдивость актерской игры, когда все по-на­стоящему, как в жизни: движения, жесты, речь, казалась дерзновенным новаторством. Актриса декламировала стихи с интонацией и чувством, каких требовала в тот момент драматическая ситуация — и это потрясало и восхищало всех, кто был способен такую игру понять и оценить!..

Поклонники и любовники

Для Адриенны Лекуврёр стал успешным не только дебют на столичной сцене. Все тринадцать лет, что она успела отдать служению Мельпомене, оказались исключительно успешными — на сцене она блистала. По воспоминаниям современников, она была одинаково талантлива как в комедийный ролях, так и в трагических, где сочетала высокий пафос с удивительной простотой и непринужденностью. «Не будучи высокой ростом, — писал один из них, — Адриенна так хорошо умела показывать себя большой, что казалась всегда на голову выше всех прочих женщин, поэтому-то про нее всегда и говорили, что она царица, заблудившаяся в кругу актрис».

Как и всякую талантливую актрису, пользующуюся успехом, Адриенну окружали бесчисленные поклонники, в том числе и из среды власть имущих. Многие высокопоставленные особы старались добиться расположения актрис, особенно молоденьких и симпатичных. И как у всех, в жизни Адриенны были и пылкая любовь, и сцены ревности, и грустные прощания.
Страстное увлечение молодого аристократа Франсуа де Кленглен юной красавицей закончилось рождением у Адриенны дочери, названной Франсуаза-Екатерина-Урсула. А вскоре произошел разрыв их отношений, причины которого остались тайной, но благожелательность друг к другу они сохранили.
В документах того времени есть упоминание и о другой дочери Адриенны, родившейся в 1710 году, — Елизавете-Адриенне, вот только об отце ее нам ничего не известно, кроме имени — Филипп Ле Руа…

Салон мадемуазель Лекуврёр

О широком признании дарования актрисы великосветской публикой может свидетельствовать и такой факт. Адри­енна Лекуврёр стала одной из первых среди актерского братства, для кого в Париже не только открылись двери литературных салонов, но и кому было разрешено открыть свой собственный салон!

Она много читала, причем не только романы и стихи, но и книги по истории. Адриенна не славилась острословием и ироническим блеском речей, оставляя эти достоинства своим друзьям, прежде всего Вольтеру. Однако ее суждениям всегда хватало меткости и глубины, а в общении с окружающими ее отличали душевная чуткость, такт, искренность и простота.
Салон мадемуазель Лекуврёр в апартаментах на улице Маре посещали многие видные парижане: маршалы и маркизы, герцогини и графы, литераторы, археологи, энциклопедисты, философы, а также иностранные дипломаты и аристократы.

Страдания молодого Вольтера

Многие искали дружбы и благосклонности Адриенны. Но, наверное, самым верным, постоянным и надежным ее другом стал Вольтер, который искренне восхищался прекрасной и одаренной женщиной, великолепно воплощавшей на сцене образы его героинь. Кстати, они часто и помногу работали вместе над новыми ролями в его пьесах.

…В письме, написанном через год после смерти Лекуврёр, Вольтер с гордостью и одновременно с чувством утраченного счастья, называет себя «человеком, который был поклонником ее таланта, ее другом и возлюбленным».
На любовь судьба отвела им всего лишь год. А началось все со случая, весьма характерного и для того времени, и для мадемуазель Лекуврёр.

В 1721 году, на премьере своей новой пьесы, Вольтер вдруг свалился в при­ступе горячки. Обследовавший его врач произнес роковое: «Оспа!», и зал мгновенно опустел. Рядом с Вольтером осталась лишь Адриенна: на протяжении его болезни она самоотверженно ухаживала за ним, рискуя заразиться. Именно после этого случая дружба между Вольтером и Адриенной перешла в нежную любовь.

Правда, несмотря на молодость (Вольтер был на два года младше Адриенны), в нем уже тогда формировался блестящий глубокий ум, писательский талант, и эти качества для его возлюбленной затмили все остальные. Ее любовь к будущему гению Франции переросла в огромное уважение и теплые дружеские чувства. Но только дружеские!.. Она пыталась объясниться с Вольтером, убеждая, что в нем ее привлекают ум и талант, а во всех остальных мужчинах, за недостатком этих качеств, — красота и стать. Вольтер смирился, и Адриенна Лекуврёр осталась для него верным другом и достойным советчиком.

Роковая любовь

В конце 1721 года в салоне мадемуазель Лекуврёр появился новый гость — граф Морис Саксонский, сын польского короля Августа II и его фаворитки Авроры фон Кенигсмарк. Его появление стало для Адриенны счастливым и… роковым.
Их любовь была «неравноправной»: Адриенна стала для графа верной спут­ницей жизни, жила в ожидании встреч с ним, исполняла его малейшие прихоти и… прощала его измены — легкомысленный сын короля ухитрялся одновременно крутить романы и с другими дамами!.. Он возвращался, просил прощения и — все начиналось сызнова.

Один из фактов их отношений стал широко известен. Когда граф вздумал претендовать на Курляндское герцогство и ему срочно потребовалась крупная сумма денег, Лекуврёр продала свои драгоценности, серебряную посуду и выслала ему требуемую сумму. При этом Адриенна понимала: если Морис достигнет цели, она потеряет его навсегда. Однако герцогство графу Саксонскому не досталось…

Их отношения продолжались восемь лет. Все эти годы на театральных под­мостках Адриенна Лекуврёр блистала новыми гранями своего таланта, а в обычной жизни обожала ветреного графа, ревновала и страдала, ждала и надеялась… Морис Саксонский стал отцом ее третьего ребенка.
Но однажды в жизнь влюбленных вмешался злой рок в лице соперницы, и следствием этого стала загадочная смерть Адриенны.

«Антонов огонь», или месть герцогини

Этой роковой женщиной стала знатная, молодая и очень красивая жена престарелого герцога Буйонского. Герцогиня обладала натурой пылкой, страстной, легко увлекающейся. Ее пристальное внимание к персоне графа Саксонского не осталось незамеченным. Но, несмотря на жгучую ревность, Адриенна готова была мириться и с этим приключением Мориса. Граф же довольно быстро охладел к новой любовнице и перестал отвечать ей взаимностью.

Возможно, он даже не заметил, что начинавшееся как очередной каприз увлечение герцогини выросло в серьезное чувство, а от женщины, не считавшейся ни с какими препятствиями, можно было ожидать чего угодно… Так и произошло. Отвергнутая графом, герцогиня решила, что причина этого — Адриенна Лекуврёр, и придумала, как ей отомстить. Она не относилась к знаменитому коварными убийствами семейству Борджиа, но действовала в их «лучших» традициях.

Герцогиня отравила «соперницу», послав ей, по одной версии, пропитанный ядом букет любимых актрисой фиалок, по другой — коробку конфет. То ли кто-то передал смертельный подарок, то ли сама герцогиня (вроде бы, герцогиня встречалась с актрисой: похвала, комплименты и — подарок). На другой день Адриенна во время спектакля почувствовала себя плохо, еле доиграла пьесу, а до кареты ее уже несли.
Адриенна боролась, сколько было у нее сил. Когда ей показалось, что наступило облегчение, она вновь вышла на сцену — в вольтеровской трагедии «Эдип». Это было 15 марта 1730 года, и, как оказалось, — в последний раз…

По возвращении домой Адриенну уложили в постель. Пять суток рядом с нею были ее возлюбленный Морис Саксонский и друзья: Вольтер, д’Аржанталь, ставшие свидетелями ее мучений от адской боли. Утром 20 марта Адриенна Лекуврёр скончалась.
При вскрытии оказалось, что ее внутренности были поражены «антоновым огнем» (гангреной), что могло быть связано с действием мышьяка, но до­казать ничего не смогли.

Последний приют

Адриенна Лекуврёр ушла из жизни в расцвете лет, красоты и таланта.
Артистов, как известно, отлучали тогда от церкви, и хоронить их, как прочих смертных, не полагалось. Единственной возможностью для людей этой профессии быть погребенным после смерти на освященной земле кладбища оставалось отречение — хотя бы и на смертном одре — от лицедейства и раскаяние в нем. Адриенна Лекуврёр сделать этого то ли не захотела, то ли не смогла — из-за жутких болей и беспамятства. Потому последний приют ее был жалок и убог, а путь к нему — печален: тело Адриенны завернули в мешковину ив полицейской карете отвезли на пустырь на берегу Сены. Без траурной церемонии, без свечей и ладана тело ее опустили в приготовленную яму, засыпали негашеной известью, потом землей. В последний путь Адриенну Лекуврёр провожали лишь Вольтер, граф Морис и еще несколько ее друзей, оставшихся с нею до конца…

Почти триста лет прошло с тех пор. Место захоронения актрисы давно за­терялось. Но на века прекрасным памятником ей остались написанные Вольтером строки эпитафии, в которых гений утверждает, что Адриенна Лекуврёр была великой актрисой, которая изобрела искусство разговора сердцем на сцене, где прежде царила холодная декламация, и в античной Греции ей воздвигали бы алтари!..

загрузка...