Ученый Исаак Ньютон

Исаак НьютонАнгличане до сих пор считают его самым великим учёным всех времён и народов. Он же писал: «Не знаю, как меня воспринимает мир, но сам себе я кажусь только мальчиком, играющим на морском берегу, который развлекается тем, что отыскивает камешек более пёстрый, чем другие, или красивую ракушку, в то время как великий океан истины расстилается передо мной неисследован­ным…»

Мальчик из рукавицы

Исаак Ньютон колоссально много успел сделать для науки не только благодаря очевидному уже современникам гению, но и потому, что про­жил целых 84 года, а ведь когда он появился на свет, повитухи не давали ему и четырёх часов. «Сын мертвеца», — шептались они, отец недоношенного, крохотного, но громко вопящего младенца внезапно скончался за пару месяцев до его рождения. Чтобы согреть ново­рождённое дитя — стояло морозное Рождество 1642 года, его засунули в большую отцовскую овечью рукавицу, но Ньютон-младший оказался столь непоседлив, что вывалился из неё и, упав на пол, сильно ударился головой. Ну не жилец он, пытались объяснить вдове, а она верила, что не зря родила сына в святой праздник, настояла на крещении и дала ему имя отца.

Видимо, в него Исаак и рос явственно умнее остальных детей матери, которая оставила первенца на попечение бабушки, вы­шла замуж за 63-летнего священника из соседней деревушки и подарила ему троих наследников. Па­сынок отчима ненавидел, грозился сжечь его дом со всеми домочадцами. Это заявление, конечно, не делает Исааку чести и не свидетельствует об особом интеллекте, но его оправдывает горячая любовь к матери, которую он почти не видел вплоть до подросткового возраста. Мечтал же о ней дни на­пролёт, ждал, со сверстниками не общался. Бродил в одиночестве, мастерил странные, не виданные доселе конструкции — бумажных змеев, изобрёл ветряную мельницу, водяные часы, повозку с педалями — прототип велосипеда, рисовал портреты близких, сочинял стихи. Однако то, что среди них гений, односельчане не поняли, даже не заметили, тем более что в школе Исаак учился из рук вон плохо. Ему было просто неинтересно! Но вот однажды один из его дядей обнаружил мальчишку за порчей книги, которые стоили в те времена не­дёшево. Хотел выдрать племянника как Сидорову козу и тут обратил внимание, что Исаак на­писал прямо на странице учебника по математике не его класса — детальное решение сложнейшей за­дачи. Дядька был сражён, посоветовал вернувшейся после кончины супруга в родные пенаты матери Исаака не заставлять его работать по хозяйству — всё равно вечно хворый и толку от него ноль, а от­править учиться. Куда? С таким умищем, разумеется, в лучший университет Британии — в Кембридж.

«Чумные годы»

Первые три года, про­ведённые в Кембридже, Ньютон даже не был студентом, всего лишь «субсайзером», то бишь абитуриентом из бедноты, допускавшимся на от­дельные лекции за то, что прислуживал студентам, которые звонкой монетой оплатили обучение. Зато гигантская университетская библиотека была полностью в распоряжении охочего до чтения Исаака. Он мог не есть сутками, забывал про сон, но прочёл все труды, касающиеся механики, математики, логики, оптики, астрономии, и остался крайне недоволен! То, что весь учёный мир считал истиной в последней инстанции, ему представлялось смутными догадками, требующими проверок и доказательств. Он составил список из 45 научных проблем в при­роде и жизни человека. Лучшие умы человечества не смогли их решить, а вечно хворый парнишка недоумевал: почему, надо же вот так и вот так?! Не­удивительно, что у него по-прежнему не было друзей. Для начала Исаак взялся за математику и вывел метод, без которого нынче никто не обходится — от школяра до профессора — разложение функции в бесконечный ряд. Но тут его изыскания прервала Великая чума, пришлось покинуть Кембридж и укрыться от эпидемии в родном Вулсторпе.

«Чумные годы» нанесли Англии серьёзный урон, погибла пятая часть населения, но не Ньютон, которого во младенчестве, по выражению его матери, можно было искупать в большой пивной кружке. Напротив, Исаак, как никогда, бодр и телом, и духом, он вы­даёт гипотезу за гипотезой, а золотые руки про­водят эксперименты, их подтверждающие. Дифференциалы и интегралы помните из школьной программы? Его затея, вошедшая в сокровищницу мировой математики. А кто доказал, что белый цвет есть смесь цветов всего спектра? Правильно, садитесь, пять баллов! И, наконец, вершина, на которую иные не могут забраться за всю жизнь, проведённую за диссертациями, — закон всемирного тяготения. Не всем же яблоко на учёную голову падает. «Почему яблоки всегда падают перпендикулярно земле?» — заработал мозг Исаака, хотевшего до сего исторического момента всего лишь вздремнуть в тени яблони. Думаете, Ньютон после такого открытия превратился в знаменитость и почивал на лаврах? Он даже публиковать не стал свой первый научный труд, посвященный основам матанализа, его случайно нашли спустя 300 лет. А закон всемирного тяготения проверялся, формулировался и снова проверялся им ещё лет 20 без малейших претензий на славу первооткрыва­теля. Тогда, в 1666 году, Ньютон просто вернулся в Кембридж и снова сел за парту.

Молчание — золото

Он провёл в университете больше 30 лет: преподавал, проводил опыты, изо­брёл телескоп-рефлектор, который его, наконец, и прославил. Аппарат вы­звал такой восторг среди астрономов, разглядевших в него невиданные галактики, что его показа­ли самому королю вместе с изобретателем. Место в Королевском обществе — избранном круге английских учёных — Ньютону было обеспечено. Вроде бы надо радоваться почёт­ному статусу, но не таков наш герой. То и дело разгоравшиеся там дискуссии вокруг его идей давались ему с неимоверными усилиями. Его чудовищно тяготила необходимость публично отвечать людям, ничего не смыслившим в том, чем он занимается, но мнящих себя знатока­ми. Когда ему заявили, что он неправ, потому что очередная его теория «противоречит общепринятым воззрениям», он умолк на полгода. Ни слова, ни строчки. Не было никаких сил метать бисер. Затем он подал заявление о выходе из Королевского общества, прекратил публиковать результаты опытов, попросил не передавать ему письма от других учёных. Тем временем умерла его мать, и это стало послед­ней каплей, вогнавшей Исаака в затяжную депрессию…

Ажиотаж вокруг молчания Ньютона дошёл до того, что Королевское общество умоляло его опубликовать хотя бы математические открытия ради «славы Англии». Он отказался, мотивируя тем, что давно уже занят иными темами. Какими — не скажет. Рас­колол «крепкого орешка» Галилей, мало того, за свой счёт опубликовал работу Ньютона под на­званием «Математические основы физики». 300 экземпляров трёхтомника разлетелись как горячие пирожки. Такого учёный мир ещё не читал, таких слов ещё в науке не было! Масса, внешняя сила, количество движения, три закона механики, гиперболические и параболи­ческие орбиты небесных тел и прочие термины, без которых сейчас можно было бы просто выбросить учебники физики, и всё чётко, ясно, по полочкам. Это был фурор ума Нью­тона над его критиками, честная и чистая победа.

Но принципиальность и дотошность учёного понадобились родине совершенно в другой сфере, Ньютона назначили управляющим Монетного двора. Он покинул ставший родным Кембридж и переехал в Лондон на новое место работы. Изучив новое для него дело, Исаак вволю удовлетворил страсть к изобретательству, придумав, как сделать изготовление фальшивых монет, наводнившим тогдашнюю Англию, невозможным. С ним принялись консультироваться по всем вопросам: от «Как снизить темпы инфляции?» до «Есть ли жизнь на Марсе?» Похоже, список 45 нерешённых глобальных проблем действительно сокращался благодаря его универсальному интеллекту…

Постойте, как же личная жизнь? Её не было. Ни близких друзей, ни семьи, ни сколько-нибудь волнительной любовной истории. Дотошные и не слишком церемонные исследователи пытались найти в его биографии следы гомосексуальных и прочих пристрастий, однако факт остаётся фактом — Ньютон являл собой редкий тип отшельника, не нуждавшегося в обычных человеческих радостях. Его печалила даже необходимость отвлекаться на еду и сон, в то время как «великий океан истины расстилается передо мной неис­следованным»…

загрузка...