Бонни и Клайд

Бонни и КлайдКлайд Бэрроу стоял, облокотившись спиной о сте­ну придорожного кафе, и. смотрел на проезжаю­щие мимо авто. Он закурил и, поёжившись, ещё сильнее завернулся в полы старой куртки. На дворе стоял январь, не хуже и не лучше остальных, очередной холодный и вязкий месяц. Глубоко вдохнув горький дым, он посмотрел на вывеску над головой, щелчком вы­кинул сигарету и вошёл в здание… Этот день стал началом долгого пути, пути, в котором не было места компро­миссам, пути, который стал легендой.

Встреча в «Кафе Марко»

Когда Бонни Паркер и Клайд Бэрроу впервые встретились, они были совсем молоды, но жажда приключений уже неистово сверкала в их холодных глазах. Дерзкий 19-летний юноша, к этому времени уже несколько раз отсидевший в тюрьме, и худенькая 18-летняя девушка, имевшая опыт неудачного замужества и погружённая в мечты о театральной сцене.
Бонни работала официанткой, и её скучная и однообразной жизнь ни сцену, ни толпу поклонников не предвещала, когда её взгляд упал на вошедшего в «Кафе Марко» парня. Он был уверен в себе и немного груб, казалось, у него на всё было «особое мнение», он откровенно плевал на общепринятые правила, желая жить лишь по своим. Девушка с первого взгляда поняла, что этот человек — её судьба. Бонни принесла ему гамбургер, присела рядом, и они разговорились. Клайд увлечённо рассказывал о прелестях свободы, о своих разбойных похождениях и о том, что нужно добиваться поставленных целей любым способом, даже если способ этот будет не совсем законным. Бонни, не желавшая мириться с тем, что ей всю жизнь придётся выживать на гроши, полученные за работу в захолустном кафе, сразу же подхватила идею «бандитской романтики» и всецело отдалась идее «новой жизни», Клайд был очарован светловолосой официанткой, так жадно ловившей каждое его слово. Ему как воздух был необходим кто-то, кто был бы сейчас рядом… нет, не «кто-то», а именно она- Бонни Паркер.
Вспыхнувшая между ними искра, переросла в нечто большее, став судьбоносной. С тех пор они были неразлучны…

Всё или ничего

Клайд жил по принципу: «Нет денег — нужно кого-нибудь ограбить», и Бонни полностью его поддерживала в этом, отдавая «делу» всю себя. По стечению обстоятельств (буквально через два дня после встречи в «Марко») парня снова посадили в тюрьму за угон автомобиля, приговорив к двум годам лишения свободы. На одном из «свиданий» Бонни незаметно передала ему пистолет. Через несколько дней Клайд бежал из-под стражи и рванул прямиком в Огайо, пересаживаясь с одного несущегося поезда на другой. Но наслаждаться воздухом свободы долго не пришлось — его снова арестовали при попытке ограбления магазинчика и снова посадили в тюрьму, но теперь уже строгого режима. Над Клайдом нависла более ужасающая цифра-14 лет тюремного срока, но вскоре парень вышел из заключения. Этому посодействовала мама Клайда, ежедневно отправлявшая губернатору письма с просьбой помиловать и освободить её «бестолкового сына». И вскоре её просьбу удовлетворили.

С того момента Бонни и Клайд, заручившись поддержкой «друзей», стали промышлять разбойными нападениями. Их первым совместным делом стало ограбление в 1930 году военного хранилища, недалеко от Техаса, где они основательно вооружились. Их «криминальное внимание» привлекали бензоколонки, винные лавки и магазины, поскольку многие из банков в эпоху глобального кризиса попросту разорились. Схема была проста: Бонни сидела в машине с работающим двигателем, а Клайд с приятелем врывался с оружием в помещение с криком: «Никому не двигаться, это ограбление!» Собрав наличные, они садились в авто и, отстреливаясь, мчались прочь. В их приключениях случались и падения, когда «выручка» не превышала 5-10 долларов. Но иногда им удавалось взять «большой куш». В 1932 году Клайд с бывшим сокамерником совершил налёт на ювелирную мастерскую и застрелил её владельца — Джона Бухера, захватив при этом с собой драгоценности на общую сумму 2,5 тысячи долларов.
И каждое новое ограбление превращалось в театрализованное шоу, которое стало их фирменным стилем. Всё это они делали, скорее, не ради богатства, а ради славы и уважения. Парочка частенько фотографировалась с оружием, принимая самые эффектные позы, а фотографии потом высылали в редакции газет, выставляя себя борцами с несправедливостью, захлестнувшей Америку в период кризиса. Бонни и Клайд не считали себя убийцами, ради удовольствия отнимающими жизни невинных людей, хотя к тому времени уже таковыми являлись. Они стреляли и в полицейских, и в простых работников магазинов, им было всё равно. А однажды захватили шерифа, раздели его и выкинули посреди улицы, оставив записку: «Скажите всем, что мы не убийцы, мы боремся за свободу и за тех, кто пытается выжить в это суровое время». Когда по всей стране царила жуткая депрессия, Бонни и Клайд, развлекаясь, убивали, грабили и попросту прожигали жизнь, словно находились на съёмках очередного бандитского фильма. И они были похожи на героев таких фильмов -своей безрассудностью, жестокостью и циничностью. Кроме откровенных статей в газеты, Бонни присылала в редакции отрывки из своей поэмы, которой не суждено было обрести финал:

Пусть от болей сердечных страдаете вы,
А дряхлеющих смерть унесёт. Но с несчастьями Бонни и Клайда
судьбы
Не сравнить ваших мелких невзгод!
День наступит, и лягут на веч­ный сон
В нескорбеющей рыхлой земле. И вздохнут с облегченьем страна
и закон,
Их отправив в небытие.

Безумная парочка частенько засиживалась до утра в каком-нибудь приличном ресторане за стаканчиком виски и беседами о пережитых приключениях. Они без умолку болтали об убийствах, налётах на лавки и тех местах, где ещё можно было бы «поживиться» , то и дело перебивая друг друга, а потом занимались любовью.

В то время они жили в отеле и вели себя очень аккуратно, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Но по воле судьбы один из работников вызвал полицию, почувствовав что-то неладное в тот момент, когда парочка расплачивалась за номер кучей монет. Служащий описал «постояльцев» в подробностях. И когда полицейские поняли, кого именно им описывают, к отелю незамедлительно были высланы автомобили с более чем сотней человек. Служителей правопорядка встретили дождём из пуль. Преступники действовали яростно и безрассудно, добавив в свой «список смерти» ещё троих полицейских. Отделавшись сравнительно легко, им в очередной раз удалось скрыться.

Они остановились в пригороде штата Айова на одном из заброшенных пустырей. Бонни с Клайдом сидели у костра, обнявшись, и разговаривали о дальнейших действиях банды, когда в кустах послышался какой-то странный шорох. И буквально сразу по ним открыли огонь. Бандиты не помедлили с ответом и начали отстреливаться, то и дело падая на землю. Силы были на исходе у всех, но они не имели права сдаваться, только не так. Бонни, Клайд и Джонс (их приятель) скользнули в кусты и скрылись от полицейских.

После очередного счастливого случая они отправились в Миннесоту, где ещё не успели оставить свой кровавый след. Они жили впроголодь, воруя одежду и едва сводя концы с концами. Джонс вскоре сбежал от них и добровольно сдался полиции, не выдержав таких условий жизни. Бонни и Клайд вернулись к тому, с чего начинали — остались одни на­едине с целым миром, таким для них враждебным и пугающим. Они были одни, но не одиноки. И даже в такое ужасное время своей жизни находили счастливые моменты, согревая друг друга поцелуями в холодные вечера, дурачась и подшучивая над прохожими или лёжа под мостом в груде тряпья тесно прижавшись друг к другу. Они мечтали уехать отсюда, уехать туда, где тепло, уехать прочь от этого проклятого богом мира и просто быть вместе, вместе и навсегда. Этот жалкий мир должен был ответить перед ними за всё, что им пришлось пережить, и он ответит…

Начало конца

Бонни и Клайд вернулись в Техас и, объединившись со «старыми друзьями», обрели былую силу, но ненадолго. Один из её членов криминальной группы после уговоров (мягких и не очень) полиции отдал ключ от лого­ва, где все они обосновались. Круг постепенно замыкался. Утром 23 мая 1934 года автомобиль, в котором находились Бонни с Клайдом, медленно подъезжал к убежищу. Из-за угла им навстречу вышел шериф с пистолетом в руке и предложил сдаться, зачитав их права. Клайд взял в руки дробовик, а Бонни достала припря­танный пистолет, пришло время финальной битвы. Но пострелять им так и не удалось. На машину обрушился молниеносный свинцовый шквал. Их молодые тела приняли в себя почти пятьсот патронов и были практически разорваны…

Новость о смерти легендарных преступников разнеслась по всей Америке молниеносно. В этот же вечер на первых полосах известных изданий были опубликованы фотографии изуродованных тел. Но, рассматривая фото, никто даже не заметил маленьких солёных капелек на их лицах, которые оставлены были не из-за боли или смерти, а из-за Того, что влюблённые больше никогда не смогут посмотреть друг на друга. Родители девушки не могли смириться с такой потерей и ещё очень долго оплакивали её.

Позже они поставили ей памятник с высеченной на нём надписью: «Как цветы расцветают под лучами солнца и свежестью росы, так и мир становится ярче благодаря таким людям, как ты».
Бонни писала стихи незадолго до смерти, которые в полной мере отражали её внутренний мир:
И если когда-то погибнуть придётся,
Лежать нам, конечно, в могиле
одной.
И мать будет плакать, а гады смеяться.
Для Бонни и Клайда наступит

загрузка...