Венчанные небом Анн и Сержа Голон

Анн и Сержа ГолонВесь мир знает их как Анн и Сержа Голон — создателей знаменитой «Анжелики». За гранью литературы, в обычной жизни у них другие имена — Симона Шанжё и Всеволод Голубиное. Хотя эта «обычная» жизнь для них оказалась наполненной приключениями и преодолением невзгод не меньше, чем жизнь придуманной ими героини. А еще в их жизни была Любовь, четверть века соединявшая их на земле. Любовь, которая обязательно воссоединит их — уже навечно — на небесах!
Всё началось после того, как встретились два удивительных человека — «белый волшебник» и дочь капитана.

Одиссея «белого волшебника»

Всеволод Голубинов, сын российского дипломата, родился 23 августа 1903 года в Туркестане, в многоязыкой Бухаре, и практически с молоком матери впитал в себя чужую речь…
С пяти до четырнадцати лет он жил в Исфахане (Иран). Надо сказать, в круг знакомых общительного, любознательного и бесстрашного отпрыска царского сановника входили очень разные люди: юный Сева заслушивался рассказами немецкого геолога, проводившего разведки в тогдашней Персии, и «приятельствовал» с главарем исфаганских разбойников…

Образование Сева Голубинов получил домашнее, а продолжать его был отправлен в 1917 году в Севастопольскую гимназию. Но вскоре грянула революция, и четырнадцатилетний подросток оказался один в охваченной хаосом стране.
Уже тогда проявился его характер: в поисках родных он исколесил полстраны, узнав, что они эмигрировали, со спрятанным в башмаках золотом и украденным пистолетом пробрался в Крым. Там устроился помощником кочегара на корабль, шедший во Францию, где через несколько месяцев и нашел свою семью…

В 20 лет Всеволод Голубинофф (так теперь его называли) окончил Высшую химическую школу в Нанси, где изучал химию и минералогию, а к языкам, выученным в детстве, прибавил новые. Он стал самым молодым доктором наук во Франции, кроме того, получил восемь магистерских степеней — по математике, физике, электричеству, радиоактивности и др.
г Вскоре начались его путешествия по миру: Китай, Тибет, Лаос и, наконец, Африка — молодой ученый проводил геологоразведку, работая на крупные компании и французское правительство. Кстати, его заработок позволил оплатить обучение младших братьев и сестер… Во время Второй мировой войны Все­волод Голубинов присоединился к генералу де Голлю и боролся за освобож­дение Франции…

В послевоенные годы Всеволод продолжил работать в Африке, во французском Конго, где руководил цементным и кожевенным заводами, работами на золотом прииске. Справедливый и многое знающий европеец недаром получил у африканских племен прозвище «белый волшебник»…
Однажды к нему обратилась молодая французская журналистка Жоэль Дан­терн, путешествовавшая по Африке, с просьбой об интервью…

Дочь капитана

К моменту встречи с Всеволодом Голубиновым биография Жоэль Дантерн тоже изобиловала приключениями и путешествиями, причем далеко не бе­зопасными.

… 17 декабря 1921 года в семье капитана французского флота Пьера Шанжё родилась дочь, названная Симоной. Детство она провела в приморском Шербуре. В семь лет девочка начала писать рассказы и повести, иллюстрируя их собственными рисунками, в 16 ее рассказы и статьи начали публиковать молодежные газеты. Первая же вышедшая ее книга — «Страна за моими глазами» (под псевдонимом Жоэль Дантерн) — стала бестселлером…
Летом 1940 года Франция была оккупирована немецкими войсками, а в 1944-м Симона Шанжё «верхом» на велосипеде прямо из-под носа гестапо вывезла секретные документы движения Сопротивления…

После войны энергичная и деятельная Симона Шанжё успевала работать и в литературе — писала повести, статьи, рассказы, — и в кино: по ее сценариям были сняты два фильма — «Помогите матерям» и «Женщина в красном».
Ей было 25, когда она основала знаменитый в будущем «Французский журнал», собрала прекрасную творческую команду и сама писала для журнала многие материалы…

Симона выпустила несколько книг для юношества, из которых «Патруль невинных святых» в 1947 году была удостоена престижной премии. На по­лученные «премиальные» она решила поехать в Африку как независимый ре­портер…
Через несколько дней после приезда Симона, вновь ставшая журналисткой Жоэль Дантерн, отправилась брать интервью у Всеволода Голубинова, о ко­тором ей рассказывали столько не­обычного и интересного…

«Пусть решит небо!»

Встреча с настоящей любовью — это чудо, и невозможно ошибиться, когда оно происходит. И Всеволод, и Симона сразу поняли, что встретили — каждый — свою настоящую любовь!
…Они неспешно прогуливались, любуясь чудесным африканским пейзажем. Оказалось, что все друг в друге им безумно интересно. Так, разговаривая, они подошли к водопаду Буэнза, известному тем, что африканцы бросали в него людей, которых хотели подвергнуть суду Неба — виновному было не выбраться из жуткой круговерти, бушующей внизу.

Неожиданно Всеволод, следуя мгновенному озарению: или Симона — навеки вся его жизнь, или он умрет, и пусть это решит Небо, — прыгнул в водопад. Небо решило в пользу любви и жизни: Всеволод вы­брался живым, да еще с цветком в зубах, выловленным для своей дамы! Но он мог бы и не полагаться на волю Неба — достаточно было спросить Симону!
…Ему было 44, ей — 26, она францу­женка, католичка, он — русский эми­грант, православный, все это по тем временам создавало определенные препятствия для брака. Но ничто не могло противостоять или помешать на­стоящей любви. В 1948 году они обвенчались, а вскоре вернулись во Францию.
Анн и Сержа Голон
Путь в Версаль

Супруги поселились в Версале, сняв небольшую комнату в старом квартале. Всеволод Голубинов, опытный геолог, перспективный ученый, из-за каких-то «закорючек» во французском законодательстве не мог устроиться на работу ни по одной из своих профессий, а крупная компания, для которой он ра­ботал несколько лет, отказалась оплатить ему его геологические изыскания. Единственный доход для их, еще ма­ленькой, семьи давало перо Симоны. Используя накопленные во время африканских путешествий впечатления, она написала несколько статей для разных журналов и газет и две книги об Африке: «Случай с Лимбой» и «Белая госпожа Кермалы».

В 1950 году родился их первенец — Кирилл. В это время Всеволод курсировал, как челнок, между Парижем и Версалем, пытаясь вернуться к своей любимой профессии, все — безрезультатно. В какой-то момент Всеволод решил пойти ва-банк и сообщил компании, присвоившей его изыскания, что собирается денонсировать их. Но нешуточные угрозы в адрес семьи вынудили его отступить.

И тогда Симона предложила заняться совместным литературным трудом. Как человек, опытный в ^ литературном творчестве, она понимала, что события и приключения прошлой жизни Всеволода — прекрасный исходный материал. Они написали вместе несколько интересных статей и две книги, основанные на воспоминаниях Всеволода о детстве, путешествиях и работе в Китае, Лаосе и, конечно же, в Африке: он рассказывал Симоне о пережитом, она записывала текст и затем обрабатывала его.

Поскольку во всех материалах за основу брались воспоминания именно Всеволода, Симона настояла, чтобы они издавались под его именем, точнее — под французским псевдонимом. На обложках стояло: Серж Голон.
Но главное, чему они посвятили три года, начиная с 1950-го, — это была ра­бота в Версальской библиотеке со старинными документами и написание историко-приключенческого романа, о котором Симона давно мечтала…

«Анжелика» и другие

Симона и Всеволод распределили обязанности: перед нею стояла задача выстроить интересный сюжет и разработать характеры персонажей, а он отвечал за историческую достоверность произведения.
Поскольку книгу писала Симона, на присланной в издательство рукописи стояло лишь ее имя. Однако издатели настояли на том, чтобы поставить на обложку два имени, аргументируя тем, что «мужское имя на приключенческом романе будет выглядеть более серьезно». Так родился псевдоним «Анн и Серж Голон», известный теперь всему миру.

…За первым томом последовали другие, причем развитие сюжета шло по заранее составленному плану. К 1962 году существовало уже шесть книг о приключениях Анжелики, и они были изданы в 25 странах, а в семье Анн и Сержа Голон было уже четверо детей — за Кириллом родились Надя, Пьер и Марина. Рождение детей «чередовалось» с рождением новых «Анжелик»…

На первые гонорары супруги купили маленький домик в Швейцарии, в местечке Кран-Монтана.
К этому времени Всеволод увлекся (все-таки химик!) созданием новых лаков и красок для живописи и одновре­менно стал пробовать себя как художник. Все большую часть своего времени он посвящал искусству, не забывая, конечно, помогать жене работать с документами, прежде всего, с иностранными. В Кран-Монтане успешно прошла первая выставка его полотен, а в это время Анжелика «прибыла» в Америку. Дальнейшее действие, по замыслу Си­моны, должно было происходить в США и в Канаде. И вся семья отправилась за океан. Они прожили там несколько лет, а возвращаться им пришлось морем, поскольку багаж с собранным для новых книг материалом оказался слишком тяжел для самолета.

Повесть о настоящей любви

…Цикл об Анжелике успешно продолжался. Вышли в свет романы «Анжелика в Новом свете» и «Искушение Анжелики». Повесть о борьбе Анжелики за свою любовь, за обретение счастья продолжалась…
В 1972 году Анн завершала роман «Анжелика и демон» и собиралась начать новый — «Анжелика в Квебеке». Всеволод в это время подготовил очередную выставку своих работ, которая должна была состояться в июле в Кве­беке.
10 июля они вместе с детьми приехали в Канаду, а 12 июля мир для их семьи рухнул — Всеволод скоропостижно скончался от инсульта…

…Симона Шанжё и Всеволод Голубинов — Анн и Серж Голон — прожили вместе четверть века. Прожили в счастье и любви, в борьбе и творчестве.
Как и большинство талантливых людей, они были веселыми, простыми, блистательными интеллектуалами, с искренней душой. Вместе они обладали даром быть счастливыми и жили с верой в победу красоты.

Всеволод принадлежал к тому типу людей, которых питает творческая энергия любимого существа. Потомок дворян, ученый, изобретатель, энци­клопедически образованный человек, знавший 17 языков, искатель приключений и художник, глава семьи, обожавший своих детей и растивший их настоящими людьми, безумно влюбленный в жену, страстно желавший, что-бы она была настоящей Писательницей и всегда поддерживавший ее одержимость творчеством. Истинная француженка, красивая и легкая в общении, очень серьезно относившаяся к творчеству — и не только к своему, умевшая любить и ценить чувства другого человека, Симона не только любила своего мужа — она делала все возможное, чтобы он рядом с ней был так же счастлив, как была счастлива она с ним. Она стремилась подарить ему спокойную жизнь — насколько это было в ее силах, — чтобы он мог продолжать свои научные изыскания по изобретению новых красок, так нужных художнику мистического плана, каким он стал.

…Однажды Всеволод доверил Небу решить его судьбу, и был счастлив, что в Книгу Судеб его имя оказалось вписанным рядом с именем его возлюбленной — Симоны Шанжё. И, наверное, даже не подозревал, что все годы, которые они с Симоной были вместе Небо восхищенно взирало на них…

P.S. По словам Симоны Шанжё. ова «никогда бы не взялась за «Анжелику, если бы не встретила своего супурга И добавим: а не люби они так друг га, вряд ли Анн Голон написала «Анжелику» такой, какая она есть

загрузка...